Главная>Сказки на английском>Fenist the Bright Falcon/ Финист - ясный сокол

Сказка Fenist the Bright Falcon (Финист - ясный сокол) на английском и русском языках

Здесь вы можете бесплатно прочитать сказку: Fenist the Bright Falcon/ Финист - ясный сокол.

 

На английском языке

Fenist the Bright Falcon

Once upon a time there lived a peasant. His wife died and left him three daughters. The old man wanted to hire a servant-girl to help about the house, but his youngest daughter Maryushka said:

"Don't hire a servant, Father, I shall keep house alone."

And so his daughter Maryushka began keeping house, and a fine housekeeper she made. There was nothing she could not do, and all she did she did splendidly. Her father loved Maryushka dearly and was glad to have such a clever and hard-working daughter. And how lovely she was! But her two sisters were ugly creatures, full of envy and greed, always paint-ed and powdered and dressed in their best. They spent all day putting on new gowns and trying to look better than they really were. But nothing ever pleased them long -- neither gowns, nor shawls, nor high-heeled boots.

Now, one day the old man set out to market and he asked his daughters:
"What shall I buy you, dear daughters, what shall I please you with?"
"Buy us each a kerchief," said the two elder daughters. "And mind it has big flowers on it done in gold."
But his youngest daughter Maryushka stood silent, so the father asked her:
"And what would you like, Maryushka?"
"Dear Father, buy me a feather of Fenist the Bright Falcon."
By and by the father came back with the kerchiefs, but the feather he had not found.
After a while the man went to market again.
"Well, daughters, make your orders," said he.

And the two elder daughters replied eagerly: "Buy each of us a pair of silver-studded boots."
But Maryushka said again: "Dear Father, buy me a feather of Fenist the Bright Falcon."

All that day the father walked about the market and bought the boots, but the feather he could not find. And so he came back without it.
Very well, then. He set out on his way to the market for the third time and his elder daughters asked him: "Buy us each a new gown."
But Maryushka said again: "Dear Father, buy me a feather of Fenist the Bright Falcon."

All that day the father walked about the market, but still no feather. So he drove out of town, and who should he meet on the way but a little old man.

"Good day, Grandfather!"
"Good day to you, my dear man. Where are you bound for?"
"Back to my village, Grandfather. And I don't know what to do. My youngest daughter asked me to buy her a feather of Fenist the Bright Falcon, but I haven't found it."

"I have the feather you need; it is a charmed one, but I see you are a good man, so you shall have it, come what may."
The little old man took out the feather and gave it to the girl's father, but it looked quite ordinary, so the peasant rode home and he thought: "What good can it be to my Maryushka?"

In a while the old man came home and gave the presents to his daughters. And the two elder ones tried on their new gowns and kept laughing at Maryushka:

"Silly you were, and silly you are! Stick it in your hair now -- won't you look fine with it!"
But Maryushka made no answer, she just kept away from them. And when the whole house was asleep, she cast the feather on the floor and said softly: "Come to me, dear Fenist, Bright Falcon, my cherished bridegroom!"
And there came to her a youth of wondrous beauty. Towards morning he struck the floor and became a falcon. And Maryushka opened the window and the falcon soared up into the blue sky.

And so for three nights she made him welcome. By day he flew about in the blue heavens as a falcon; at nightfall he came back to Maryushka and turned into a handsome youth.

But on the fourth day the wicked sisters caught sight of them and went and told their father.
"Dear daughters," said he, "better mind your own business."

"All right," thought the sisters, "we shall see what comes next." And they stuck a row of sharp knives into the window-sill and hid by watching.
And after a while the Bright Falcon appeared. He flew up to the window, but could not get into Maryushka's room. So he fluttered and fluttered there, beating against the pane, till all his breast was cut by the blades. But Maryushka slept fast and heard nothing. So at last the falcon said:

"Who needs me, will find me, but not without pains. You shall not find me till you wear out three pairs of iron shoes, and break three iron staffs, and tear three iron caps."

Maryushka heard this and she sprang from her bed to the window. But the falcon was gone, and all he left on the window was a trace of red blood. Maryushka burst into bitter tears, and the little tear-drops washed off the trace of red blood and made her still prettier.
And then she went to her father and said to him: "Do not chide me, Father, but let me go on my weary way. If I live to see you, I shall, but if I do not, then so must it be."

The man was sorry to part with his sweet daughter, but at last he let her go.
So Maryushka went and ordered three pairs of iron shoes, three iron staffs, and three iron caps. And off she set on her long weary way to seek her heart's desire Fenist the Bright Falcon. She walked through open fields, she went through dark forests and s he climbed tall mountains. The little birds cheered her heart with merry songs, the brooks washed her white face, and the dark woods made her welcome. And no one could do harm to Maryushka, for all the wild beasts -- grey wolves, brown bears and red foxes -- would come running out towards her. At last one pair of iron shoes wore out, one iron staff broke and one iron cap was torn.

And Maryushka came to a glade in the woods and she saw a little hut on hen's feet spinning round and round.
"Little hut, little hut," said Maryushka, "turn your back to the trees and your face to me, please. Let me in to eat bread within."
The little hut turned its back to the trees and its face to Maryushka, and in she went. And there she saw Baba-Yaga, the witch with a broom and a switch, a bony hag with a nose like a snag.

Baba-Yaga caught sight of Maryushka and growled: "Ugh, ugh, Russian blood, never met by me before, now I smell it at my door. Who comes here? Where from? Where to?"

"Granny dear, I am looking for Fenist the Bright Falcon."
"It's a long way off, pretty maid! You will have to pass through the Thrice-Nine Lands to the Thrice-Ten Kingdom to find him. A wicked sorceress, the queen there, has charmed him with a magic drink and made him marry her. But I shall help you. Here, take this silver saucer and golden egg. When you come to the Thrice-Ten Kingdom get hired as a servant to the Queen. After the day's work is done, take the silver saucer and put the golden egg on it. It will start to roll about all by itself. Should they want to buy it, do not sell it - ask them to let you see Fenist the Bright Falcon."

Maryushka thanked Baba-Yaga and went off. The woods became darker, and she got too frightened to move, when all of a sudden there came a Cat. It jumped up to Maryushka and it purred: "Have no fear, Maryushka, it will be still worse farther on, but g o on and on and do not look back."

And the Cat rubbed against her feet and was gone, while Maryushka went farther. And the deeper she went into the woods the darker it grew. She walked and she walked, till her second pair of iron shoes wore out, her second iron staff broke and her second iron cap got torn. And soon she came to a little hut on hen's feet with a strong fence all round and terrible glowing skulls on the pales.
Maryushka said: "Little hut, little hut, turn your back to the trees and your face to me, please. Let me in to eat bread within."
The little hut turned its back to the trees and its face to Maryushka, and Maryushka went in. And there she saw Baba-Yaga, the witch with a broom and a switch, a bony hag with a nose like a snag.

Baba-Yaga caught sight of Maryushka and she growled:
"Ugh, ugh, Russian blood, never met by me before, now I smell it at my door. Who comes here? Where from? Where to?"
"I want to find Fenist the Bright Falcon."
"And have you been to my sister?"
"Yes, Granny dear, I have."
"All right, then, my beauty, I shall help you. Take this gold needle and silver frame. The needle works all by itself and embroiders red velvet with silver and gold. Should they want to buy it, do not sell it - ask them to let you see Fenist the Bright Falcon."
Maryushka thanked Baba-Yaga and went on her way. It crashed and it banged and it whistled in the forest, and a weird light shone from the skull, hanging round. How terrible it was! But suddenly up ran a Dog:
"Bow-wow, Maryushka, have no fear, darling, it will be still worse, but you go on and never look back."
So it spoke and was gone. Maryushka went on and on, and the woods got darker, scratching her knees and catching at her sleeves. But Maryushka walked and walked and never looked back.

How long she walked is hard to say, but the third pair of iron shoes wore out, the third iron staff broke and the third iron cap was torn. And she came to a glade in the forest and saw a little hut on hen's feet with a tall paling all round and glowing horse skulls on the pales.
Then said Maryushka: "Little hut, little hut, turn your back to the trees and your face to me, please."
The hut turned its back to the trees and its face to Maryushka, and in she stepped. And there she saw Baba-Yaga, the witch with a broom and a switch, a bony hag with a nose like a snag.
Baba-Yaga saw Maryushka and she growled: "Ugh, ugh, Russian blood, never met by me before, now I smell it at my door. Who comes here? Where from? Where to?"

"I'm looking for Fenist the Bright Falcon, Granny!"

"It is no easy task to find him, my beauty, but I shall help you. Here, take this silver distaff and this gold spindle. Hold the spindle in your hands and it will spin all by itself and the thread will come out all gold."
"Thank you, Granny."

"All right, save your thanks until afterwards, and now listen to me. Should they want to buy the gold spindle, don't sell it, but ask them to let you see Fenist the Bright Falcon."

Maryushka thanked Baba-Yaga and went on her way. And it roared and rumbled and whistled in the forest. The owls wheeled round, the mice crawled out of their holes and rushed straight to Maryushka. Then all of a sudden a Grey Wolf ran up to her and said:
"Have no fear, Maryushka. Get on my back and never look behind."
So she sat on the Wolf's back and off they flashed out of sight. They passed wide steppes and velvet meadows, they crossed honey rivers with custard banks and they climbed tall mountains that touched the clouds. On and on raced Maryushka till she reached a crystal palace with a carved porch and fancy windows. And there was the Queen herself looking out of a window.
"Well," said the Wolf, "we've come, Maryushka. Climb down from my back and get hired as a servant at the palace."
Maryushka climbed off, took her bundle and thanked the Wolf. Then she went up to the Queen and bowed.
"I beg your pardon," she said, "I don't know your name; aren't you in need of a servant-girl?"
"Yes," said the Queen, "it is long I have looked for a servant, but the one I need must be able to spin, weave and embroider."
"All that I can do," said Maryushka.
"Then come in and set to work."

And so Maryushka became a servant-girl. She worked all the day until night-time, and then she took out her golden egg and silver saucer and said:
"Roll about, golden egg, on your silver saucer, show me my Fenist dear."
And the golden egg rolled about till Fenist the Bright Falcon appeared before her. Maryushka gazed and gazed at him and her tears ran fast.
"Fenist, my Fenist, why have you left poor me to shed tears without you?"
And the Queen overheard her and said: "Maryushka, sell me your silver saucer and golden egg."
"No," replied Maryushka, "they are not to be sold, but you may have them free if you let me see Fenist the Bright Falcon."
The Queen thought for a while and then she said:
"All right, let it be so. To-night, when he falls asleep, I will let you see him."
So when night came, Maryushka went to his bedroom and saw Fenist the Bright Falcon. Her darling lay fast asleep and could not be awakened. She looked and she looked and she could not look enough, and she kissed him on his sweet mouth, and she pressed him to her white bosom, but her darling slept on and did not awaken. Morning set in, but still Maryushka could not rouse her beloved.
All that day she worked and in the evening took her silver frame and gold needle. And as it sewed, Maryushka kept saying:
"Get embroidered, little towel, get embroidered, little towel, let my Fenist the Bright Falcon wipe his face."
The Queen overheard her and asked:
"Maryushka, sell me your silver frame and gold needle."
"Sell I will not," replied Maryushka, "but you may have them free if you let me see Fenist the Bright Falcon."
The Queen thought hard, but at last she said: "All right, let it be so. Come and see him to-night."
Night came on, and Maryushka entered the bedroom and she saw her Fenist the Bright Falcon lying fast asleep.
"O my Fenist, Bright Falcon, arise, wake up!"

But her Fenist slept on as fast as ever, and Maryushka could not wake him up, try as she might.
At daybreak Maryushka set to work and took out her silver distaff and golden spindle. And the Queen saw her and began asking her to sell them. But Maryushka replied:
"Sell them I will not, but you may have them for nothing if only you let me see Fenist the Bright Falcon."
"All right," said the other and she thought to herself: "She won't wake him up anyhow."
Night drew on and Maryushka entered the bedroom, but Fenist lay as fast asleep as ever.
"O my Fenist, Bright Falcon, arise, wake up!"
But Fenist slept on and would not awaken.
Maryushka tried and tried again to wake him, but she could not. And soon it would be morning. So Maryushka burst out weeping and she said:

"Dearest Fenist, arise and open your eyes, look at your Maryushka, press her close!"
And a hot tear fell from Maryushka's eyes on the bare shoulder of Fenist and burnt it. Fenist the Bright Falcon stirred and he opened his eyes and saw Maryushka. And then he took her in his arms and kissed her.
"Can it be you, my Maryushka? So you have worn out three pairs of iron shoes and broken three iron staffs and torn three iron caps? Cry no more. Let us go home, now."

And they started getting ready for the homeward journey. But the Queen noticed it and she bade her trumpeters spread the news of her husband's betrayal through all the towns of the land.

And the princes and merchants of her land came together to hold council and decide how to punish Fenist the Bright Falcon.
And then Fenist the Bright Falcon stood up and said: "Who do you think is the real wife, the one who loves me truly or the one that sells and betrays me?"

Everyone had to agree that only Maryushka was fit to be his wife.
After that they went back to their own land. And they had a grand feast there, and all the guns fired and all the trumpets blew at their wedding. And the feast they had was so grand, it is still remembered. And they both lived happily ever afterwards.

 

На русском языке

Финист - ясный сокол

Жил да был крестьянин. Умерла у него жена, остались три дочки. Хотел старик нанять работницу — в хозяйстве помогать. Но меньшая дочь, Марьюшка, сказала:
— Не надо, батюшка, нанимать работницу, сама я буду хозяйство вести.

Ладно. Стала дочка Марьюшка хозяйство вести. Все-то она умеет, все-то у нее ладится. Любил отец Марьюшку: рад был, что такая умная да работящая дочка растет. Из себя-то Марьюшка красавица писаная. А сестры ее завидущие да жаднющие; из себя-то они некрасивые, а модницы-перемодницы весь день сидят да белятся, да румянятся, да в обновки наряжаются, платье им — не платье, сапожки — не сапожки, платок — не платок.

Поехал отец на базар и спрашивает дочек:
— Что вам, дочки, купить, чем порадовать?

И говорят старшая и средняя дочки:
— Купи по полушалку, да такому, чтобы цветы покрупнее, золотом расписанные.

А Марьюшка стоит да молчит. Спрашивает ее отец:
— А что тебе, доченька, купить?
— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.

Приезжает отец, привозит дочкам полушалки, а перышка не нашел.

Поехал отец в другой раз на базар.

— Ну, — говорит, — дочки, заказывайте подарки.

Обрадовались старшая и средняя дочки:
— Купи нам по сапожкам с серебряными подковками.

А Марьюшка опять заказывает:
— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, сапожки купил, а перышка не нашел. Приехал без перышка.

Ладно. Поехал старик в третий раз на базар, а старшая и средняя дочки говорят:
— Купи нам по пальто.

А Марьюшка опять просит:
— Батюшка, купи перышко Финиста — ясна сокола.

Ходил отец весь день, а перышка не нашел. Выехал из города, а навстречу старенький старичок.
— Здорово, дедушка!
— Здравствуй, милый! Куда путь-дорогу держишь?
— К себе, дедушка, в деревню. Да вот горе у меня: меньшая дочка наказывала купить перышко Финиста — ясна сокола, а я не нашел.
— Есть у меня такое перышко, да оно заветное; но для доброго человека, куда ни шло, отдам.

Вынул дедушка перышко и подает, а оно самое обыкновенное. Едет крестьянин и думает: «Что в нем Марьюшка нашла хорошего!»

Привез старик подарки дочкам: старшая и средняя наряжаются да над Марьюшкой смеются:
— Как была ты дурочка, так и есть. Нацепи свое перышко в волоса да красуйся!

Промолчала Марьюшка, отошла в сторону; а когда все спать полегли, бросила Марьюшка перышко на пол и проговорила:
— Любезный Финист — ясный сокол, явись ко мне, жданный мой жених!

И явился ей молодец красоты неописанной. К утру молодец ударился об пол и сделался соколом. Отворила ему Марьюшка окно, и улетел сокол к синему небу. Три дня Марьюшка привечала к себе молодца; днем он летает соколом по синему поднебесью, а к ночи прилетает к Марьюшке и делается добрым молодцем.

На четвертый день сестры злые заметили — наговорили отцу на сестру.

— Милые дочки, — говорит отец, — смотрите лучше за собой.

«Ладно, — думают сестры, — посмотрим, как будет дальше».

Натыкали они в раму острых ножей, а сами притаились, смотрят.

Вот летит ясный сокол. Долетел до окна и не может попасть в комнату Марьюшки. Бился-бился, всю грудь изрезал, а Марьюшка спит и не слышит. И сказал тогда сокол:
— Кому я нужен, тот меня найдет. Но это будет нелегко. Тогда меня найдешь, когда трое башмаков железных износишь, трое посохов железных изломаешь, трое колпаков железных порвешь.

Услышала это Марьюшка, вскочила с кровати, посмотрела в окно, а сокола нет, и только кровавый след на окне остался. Заплакала Марьюшка горькими слезами — смыла слезками кровавый след и стала еще краше.

Пошла она к отцу и проговорила:
— Не брани меня, батюшка, отпусти в путь-дорогу дальнюю. Жива буду свидимся, умру — так, знать, на роду написано.

Жалко было отцу отпускать любимую дочку, но отпустил.

Заказала Марьюшка трое башмаков железных, трое посохов железных, трое колпаков железных и отправилась в путь-дорогу дальнюю, искать желанного Финиста — ясна сокола. Шла она чистым полем, шла темным лесом, высокими горами. Птички веселыми песнями ей сердце радовали, ручейки лицо белое умывали, леса темные привечали. И никто не мог Марьюшку тронуть: волки серые, медведи, лисицы — все звери к ней сбегались. Износила она башмаки железные, посох железный изломала и колпак железный порвала.

И вот выходит Марьюшка на поляну и видит: стоит избушка на курьих ножках — вертится. Говорит Марьюшка:
— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:
— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела пытаешь?
— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.
— О, красавица, долго тебе искать! Твой ясный сокол за тридевять земель, в тридевятом государстве. Опоила его зельем царица-волшебница и женила на себе. Но я тебе помогу. Вот тебе серебряное блюдечко и золотое яичко. Когда придешь в тридевятое царство, наймись работницей к царице. Покончишь работу — бери блюдечко, клади золотое яичко, само будет кататься. Станут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. Потемнел лес, страшно стало Марьюшке, боится и шагнуть, а навстречу кот. Прыгнул к Марьюшке и замурлыкал:
— Не бойся, Марьюшка, иди вперед. Будет еще страшнее, а ты иди и иди, не оглядывайся.

Потерся кот спинкой и был таков, а Марьюшка пошла дальше. А лес стал еще темней. Шла, шла Марьюшка, сапоги железные износила, посох поломала, колпак порвала и пришла к избушке на курьих ножках. Вокруг тын, на кольях черепа, и каждый череп огнем горит.

Говорит Марьюшка:
— Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом! Мне в тебя лезть, хлеба есть.

Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:
— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?
— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.
— А у моей сестры была?
— Была, бабушка.
— Ладно, красавица, помогу тебе. Бери серебряные пяльцы, золотую иголочку. Иголочка сама будет вышивать серебром и золотом по малиновому бархату. Будут покупать — не продавай. Просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла. А в лесу стук, гром, свист, черепа лес освещают. Страшно стало Марьюшке. Глядь, собака бежит:
— Ав, ав, Марьюшка, не бойся, родная, иди! Будет еще страшнее, не оглядывайся.

Сказала и была такова. Пошла Марьюшка, а лес стал еще темнее. За ноги ее цепляет, за рукава хватает…

Идет Марьюшка, идет и назад не оглянется. Долго ли, коротко ли шла башмаки железные износила, посох железный поломала, колпак железный порвала. Вышла на полянку, а на полянке избушка на курьих ножках, вокруг тын, а на кольях лошадиные черепа; каждый череп огнем горит.

Говорит Марьюшка:
— Избушка, избушка, встань к лесу задом, а ко мне передом!

Повернулась избушка к лесу задом, к Марьюшке передом. Зашла Марьюшка в избушку и видит: сидит там баба-яга — костяная нога, ноги из угла в угол, губы на грядке, а нос к потолку прирос.

Увидела баба-яга Марьюшку, зашумела:
— Тьфу, тьфу, русским духом пахнет! Красная девушка, дело пытаешь аль от дела лытаешь?
— Ищу, бабушка, Финиста — ясна сокола.
— Трудно, красавица, тебе будет его отыскать, да я помогу. Вот тебе серебряное донце, золотое веретенце. Бери в руки, само прясть будет, потянется нитка не простая, а золотая.
— Спасибо тебе, бабушка.
— Ладно, спасибо после скажешь, а теперь слушай, что тебе накажу: будут золотое веретенце покупать — не продавай, а просись Финиста — ясна сокола повидать.

Поблагодарила Марьюшка бабу-ягу и пошла, а лес зашумел, загудел; поднялся свист, совы закружились, мыши из нор повылезали — да все на Марьюшку. И видит Марьюшка — бежит навстречу серый волк.
— Не горюй, — говорит он, — а садись на меня и не оглядывайся.

Села Марьюшка на серого волка, и только ее и видели. Впереди степи широкие, луга бархатные, реки медовые, берега кисельные, горы в облака упираются. А Марьюшка скачет и скачет. И вот перед Марьюшкой хрустальный терем. Крыльцо резное, оконца узорчатые, а в оконце царица глядит.

— Ну, — говорит серый волк, — слезай, Марьюшка, иди и нанимайся в прислуги.

Слезла Марьюшка, узелок взяла, поблагодарила волка и пошла к хрустальному дворцу. Поклонилась Марьюшка царице и говорит:
— Не знаю, как вас звать, как величать, а не нужна ли вам будет работница?

Отвечает царица:
— Давно я ищу работницу, но такую, которая могла бы прясть, ткать, вышивать.
— Все это я могу делать.
— Тогда проходи и садись за работу.

И стала Марьюшка работницей. День работает, а наступит ночь — возьмет Марьюшка серебряное блюдечко и золотое яичко и скажет:
— Катись, катись, золотое яичко, по серебряному блюдечку, покажи мне моего милого.

Покатится яичко по серебряному блюдечку, и предстанет Финист — ясный сокол. Смотрит на него Марьюшка и слезами заливается:
— Финист мой, Финист — ясный сокол, зачем ты меня оставил одну, горькую, о тебе плакать!

Подслушала царица ее слова и говорит:
— Продай мне, Марьюшка, серебряное блюдечко и золотое яичко.
— Нет, — говорит Марьюшка, — они непродажные. Могу я тебе их отдать, если позволишь на Финиста — ясна сокола поглядеть.

Подумала царица, подумала.
— Ладно, — говорит, — так и быть. Ночью, как он уснет, я тебе его покажу.

Наступила ночь, и идет Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу. Видит она — спит ее сердечный друг сном непробудным. Смотрит Марьюшка не насмотрится, целует в уста сахарные, прижимает к груди белой, — спит, не пробудится сердечный друг. Наступило утро, а Марьюшка не добудилась милого…

Целый день работала Марьюшка, а вечером взяла серебряные пяльцы да золотую иголочку. Сидит вышивает, сама приговаривает:
— Вышивайся, вышивайся, узор, для Финиста — ясна сокола. Было бы чем ему по утрам вытираться.

Подслушала царица и говорит:
— Продай, Марьюшка, серебряные пяльцы, золотую иголочку.
— Я не продам, — говорит Марьюшка, — а так отдам, разреши только с Финистом — ясным соколом свидеться.

Подумала та, подумала.
— Ладно, — говорит, — так и быть, приходи ночью. Наступает ночь. Входит Марьюшка в спаленку к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.
— Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист — ясный сокол крепким сном. Будила его Марьюшка — не добудилась.

Наступает день. Сидит Марьюшка за работой, берет в руки серебряное донце, золотое веретенце. А царица увидала:
— Продай да продай!
— Продать не продам, а могу и так отдать, если позволишь с Финистом ясным соколом хоть часок побыть.
— Ладно, — говорит та.

А сама думает: «Все равно не разбудит».

Настала ночь. Входит Марьюшка в спальню к Финисту — ясну соколу, а тот спит сном непробудным.
— Финист ты мой, ясный сокол, встань, пробудись!

Спит Финист, не просыпается. Будила, будила — никак не может добудиться, а рассвет близко.

Заплакала Марьюшка:
— Любезный ты мой Финист — ясный сокол, встань, пробудись, на Марьюшку свою погляди, к сердцу своему ее прижми!

Упала Марьюшкина слеза на голое плечо Финиста — ясна сокола и обожгла. Очнулся Финист — ясный сокол, осмотрелся и видит Марьюшку. Обнял ее, поцеловал:
— Неужели это ты, Марьюшка! Трое башмаков износила, трое посохов железных изломала, трое колпаков железных поистерла и меня нашла? Поедем же теперь на родину.

Стали они собираться, а царица увидела и приказала в трубы затрубить, об измене своего мужа оповестить.

Собрались князья да купцы, стали совет держать, как Финиста — ясна сокола наказать.

Тогда Финист — ясный сокол говорит:
— Которая, по-вашему, настоящая жена: та ли, что крепко любит, или та, что продает да обманывает?

Согласились все, что жена Финиста — ясна сокола — Марьюшка.

И стали они жить-поживать да добра наживать. Поехали в свое государство, пир собрали, в трубы затрубили, в пушки запалили, и был пир такой, что и теперь помнят.

© 2005-2018. Копирование материалов сайта запрещено! Для связи homeenglish@mail.ru